среда, 13 апреля 2016 г.

FARMAGEDDON ч. II

Часть I   
На витамины обратили внимание благодаря наблюдательности скромного тюремного врача из Батавии – Христиана Эйкмана. 
Тот, изучая симптомы болезни «бери-бери» у заключенных обнаружил, что они пропадают после кормления их неочищенным рисом. 
В то время «модным трендом» было употреблять в пищу полированный белый рис, а неочищенным питались заключенные и бедные слои населения, что уберегло их от заболевания «бери-бери». 

В 1897 году Эйкман известил мир, что причиной болезни является отсутствие определенного элемента, содержащегося как раз в оболочке риса. Он назвал его элементом В, собственно это был тиамин, или витамин B1. 
А дальше в дело исследования витаминов вмещались лаборатории фармкомпаний, успешный синтез витамина D, возможно, помог корпорации «Merck & Co» выйти из сложной финансовой ситуации, которая сложилась у неё к 1927 году. 

Следом компания освоила промышленный синтез того самого витамина В1, потом Е, К и наконец аскорбиновой кислоты - витамина С. Основным популяризатором «аскорбинки» стал известный американский химик Лайнус Полинг, он сформулировал теорию, безоговорочно принятую на веру и поставленную на вооружение медициной всего мира. Согласно идеям Полинга, витамин С в огромных дозах приобретает качества защитного соединения при вирусных заболеваниях, онкологии и многих других проблемах организма человека. Полинг был дважды удостоен Нобелевской премии, а химический и фармацевтический бизнес приобрели новое, весьма ценное и постоянно-быстрорастущее направление.

Благодаря концентрации патентных прав и агрессивной рекламе больше всех нагрели руки на витаминном бизнесе Hoffmann-LaRoche, сконцентрировавшей в своих руках 70% всего витаминного рынка, при этом витамин С, продавался с прибылью в 10 000%.
 
Но дело в том, что продаваемый Hoffmann-LaRoche «витамин С» - это только один из семи изомеров настоящей аскорбиновой кислоты, а витамин Е – это один из восьми токоферолов настоящего витамина Е. 


Фармакологическая промышленность не умела и не умеет выделять витамины, аналогичные натуральным, усвояемость синтетических аналогов не превышает 3 – 5%, и кроме того они токсичны.  


К такому выводу еще в 30-60 –х годах ХХ-го века пришел другой ученый Ройял Ли (Royal Lee), он не получал Нобелевских премий, его книги известны лишь единицам, так как подлежали уничтожению по решению американского суда на основании иска FDA. В своих книгах Ли приходит к выводу об определяющем влиянии белой муки и рафинированного сахара на развитие диабета, а также полезности исключительно натуральных витаминов.

Биохимикам хорошо известны подобные случаи, когда «живые» молекулы ведут себя иначе, чем их синтетические копии. Часто это связано с изомерией — явлением, при котором одинаковые молекулы имеют различное расположение атомов в пространстве. Здесь можно вспомнить, так называемые, трансжиры, которые ведут себя иначе, чем природные жиры с таким же молекулярным составом … Кроме того, живые витамины в плодах и овощах всегда «загрязнены» массой сопутствующих веществ, которые часто играют полезную роль. А чистые химические витамины — лишены этих свойств.
Александр Мельников,
кандидат медицинских наук

Ученые из университета Южной Калифорнии (США) выявили, что высокие дозы витамина С приводят к атеросклерозу головного мозга, в сочетании с аспирином и вовсе становится настоящей «мутагенной бомбой». К атеросклерозу и нарушениям пищеварения также ведут злоупотребления синтетическими аналогами D, Е


В 2000 году опубликованы результаты эксперимента, проведённого в университете Южной Калифорнии под руководством профессора Дукера, свидетельствующие, что у принимавших 500 мг синтетического витамина С, скорость сужения сосудов, ведущая к сердечно сосудистым заболеваниям втрое выше. 

Вопреки общепринятым медицинским постулатам, сверхдозы этого витамина способны разрушить печень любителя аскорбинок. Ежедневное использование витамина Е даже в низких дозах вызывает мышечную слабость, утомляемость, головную боль и нарушения зрения. Увлечение аналогами витамина В6 может привести к нарушению кровообращения, бета-каротин в сочетании с витамином А увеличивает смертность на 30% (из миллиона человек, глотающих такие витаминные добавки, ежегодно гибнут от рака органов пищеварения примерно 9000), а с витамином Е – на 10%, в отдельности бета-каротин увеличивает показатель смертности на 7%, витамин А – на 16%, витамин Е – на 4%. 

С 1998 года доподлинно известно (в исследованиях принимали участие до 200 тысяч человек), что полезнейший при усвоении из пищи бета-каротин, концентрированный в витаминных добавках, даже получаемый из той же моркови, дает 28% рост заболеваемости раком легких у курильщиков. В 1992 году в Великобритании три фирмы-производителя витаминов проиграли дело, возбужденное против них за утверждения, что их препараты витаминов улучшают умственные способности детей. Впрочем «аскорбинки» принесли не самое большое количество скелетов в шкаф фармакологического бизнеса. Нельзя не обратить внимание на постоянные попытки фармакологического бизнеса вмешаться в процесс репродукции.

Синтетический гормон эстроген впервые выделил сэр Эдуард Чарльз Доддс в 1938 г., и он был в три раза активнее природного эстрадиола, кроме того синтетический экстраген растворялся в воде, что позволяло употреблять его перорально тогда как природный гормон надо было вводить внутримышечно. Новый гормон получил аббревиатуру ДЭС и так как не был запатентован, то его только в США стали выпускать 267 фармацевтических фирм одновременно. Применение ДЭС для профилактики выкидышей было определено не на основе терапевтической оценки, а руководствуясь тем, что ВОЗ назвала "утвердительным умозаключением".


За период между 1948 и 1971 гг. только в США ДЭС получили примерно 2-3 миллиона беременных женщин. Агрессивная реклама этого лекарства способствовала его широкому использованию по всей Северной Америке, Европе, Латинской Америке, Африке, Среднему Востоку и Азии. Например, в 1957 г. реклама фирмы Grant Chemical Company в American Journal of Obstetrics and Gynecology утверждала, что ее фирменный препарат «ДесПлекс» способен "предупреждать аборт, выкидыш и преждевременные роды" и рекомендовала его "в качестве стандартной профилактики при ВСЕХ беременностях "без желудочных или других побочных эффектов". 

Однако ДЭС оказался неэффективным, проведенное в 1953 г. двойное слепое контролируемое исследование 1600 женщин с использованием плацебо ясно показало, что ДЭС не снижал, а "значительно увеличивал количество абортов, случаев смерти новорожденных и преждевременных родов". Тем не менее реакция стран была более чем медленной: Франция запретила использование ДЭС при беременности в 1972 г., при этом потребовалось еще три года, прежде чем запрет вступил в силу, и показание "для использования при опасности выкидыша" исчезло с этикетки, Австрия изъяла препараты и их производные в 1977 г., Италия в 1980 г. и т.д.. В 1950 сотрудники фирмы Merck & Co. Тадеуш Рейхштейн и Филип Хенч синтезировали «чудо лекарство XXI века» - синтетический гормон «кортезон». В 70-х препарат был объявлен в Европе «вне закона», так как выяснилось, что безумное замещение естественных гормонов синтетическими ведет к утрате половых функций, заболеваниям обмена веществ и тяжелым психическим расстройствам. 

После того как в 2000 году его изготовление освоил российский производитель фирма "Акрихин", распоряжением правительства РФ от 21 октября 2004 года «гидрокортизон» стал обязан "быть стопроцентно обеспеченным" всеми государственными аптеками, больницами и станциями скорой помощи.

В конце 60-х – начале 70-х проталкиванием гормональных средств в странах Западной Европы занимались организации феминисток, которые выводили домохозяек и студенток на улицы и в числе других требований добивались для женщин права выбора времени для беременности по своему усмотрению. Общественный накал был так высок, что препарат немецкой корпорации Shering AG, известный как драже «диане-35» выпустили без надлежащих 15-летних клинических испытаний. Подсуетились с разрешающими документами и государственные ведомства ФРГ, давшие таблеткам "зеленый свет", и "официальные" онкологи, находившиеся в тот момент у государственных рычагов управления здравоохранением - Л. Швартценберг, Л. Израэль и Г. Матэ. С 1970-х годов до середины 1990-х они убеждали общественность в безопасности препаратов. 

Последние десять лет названные светила немецкой медицинской науки выступают с покаянными статьями и книгами, публично заявляют о признании своей вины, прямо пишут о том, что результаты исследований препарата, предоставленные корпорацией Shering AG и повязанными с ней корпоративными интересами деятелей, были сфальсифицированы. Первыми в 80-е годы заговорили французские кардиологи, озвучив сведения о том, что прием женщинами противозачаточных таблеток ведет к грудной и брюшной жабе, инфарктам, внезапным нарушениям мозгового кровообращения. Исследования, проведенные в Великобритании, выявили, что употребление прогестинов в 3-6 раз увеличивает риск возникновения тромбофлебита. Германское исследование добавило увеличение артериального давления, различные проблемы с сосудами, онкологические заболевания и депрессии, ведущие к суициду.  

Корпорация Shering AG продолжала утверждать о безопасности препарата, к тому времени составляющему 10 процентов ее торгового оборота и 400 миллионов немецких марок прибыли ежегодно. Наконец совместными усилиями нескольких правительственных институтов Германии и Италии были проведены дополнительные исследования, однозначно подтвердившие, что «ципротеронацетат» из драже «диане-35» разрушает ДНК, приводя к раку. 
С 2003 года противозачаточные драже «диане-35» был в реестрах лекарственных препаратов РФ как не только противозачаточное, но и следуя аннотации, оно нормализует менструальный цикл, уменьшает интенсивность кровотечений, снижает риск железодефицитной анемии и помогает при выпадении волос.

В книге Ю. А. Бобылова «Генетическая бомба. Тайные сценарии наукоёмкого биотерроризма» описан случай, когда в 1995 году диверсантами таджикской оппозиции был отравлен ракетный дивизион 191-го мотострелкового полка в г. Курган-Тюбе с помощью мочи желтушных животных, закаченной в арбузы. Но никто не инкриминировал биотерроризм корпорации Wyett, выпускавшей в 1970-80-х горманальный «премарин», который с 2005 года продавался в аптеках России. Как известно, в женском организме за все функции, связанные с деторождением, отвечают женские гормоны, те самые эстрогены, которые прописывают, когда возникает подозрение, что в их нехватке. Дословно название «премарин» означает "моча беременной кобылы" (от слов pregnant mares`urines) он изготовляется на скотоводческих фермах в США и Канады, где 75 тысяч кобыл оплодотворяют и запирают в вольеры, где держат до 11-го месяца беременности для того, чтобы собирать мочу в специальные пакеты. Роковое свойство кобыльей мочи и препарата из нее состоит в том, что в них имеется не только эстрадиол и эстрон - гормоны, которые вырабатывает и организм женщины, но и экин, типичный лошадиный эстроген. Вещество, человеческим организмом не вырабатывающееся, физиологически женщинам и вообще семейству приматов совершенно чуждое и именно оно вызывает рак груди, матки, яичников и других органов, что было клинически доказано в 1982-1995 годах.


В истории с гормональными препаратами обозначился один из очевидных векторов явного фармакологического интереса компаний к процессу деторождения и функциям органов воспроизводства. Если внимательно читать о побочных эффектах скандальных препаратов, то след такого интереса будет заметен почти в каждой истории.
В этом плане особо громкой была история «тамокифена», причем громкостью она обязана первоначальной «раскрутке» этого «чудодейственного средства» предотвращения рака молочной железы. Немецкие, английские, американские и итальянские фармакологические компании организовали «международную исследовательскую программу»: десятки тысяч добровольных участниц в нескольких странах мира в течение пяти лет должны были ежедневно принимать «тамоксифен», чтобы подтвердить главный лозунг эксперимента: препарат предупреждает рак груди. 



Подопытных женщин отбирали для участия в программе по двум признакам: сами они должны были быть абсолютно здоровыми, но иметь кровных родственниц, страдавших раком груди. Участниц сомнительного эксперимента убедили, что в силу наследственности они обречены заболеть раком железы, а препарат эту болезнь должен предупредить. Эксперимент закончился сокрушительным фиаско, хотя организаторы долгое время старались не допустить огласки нежелательной для них информации. Тем не менее, к 1995 году "завеса умолчания" рухнула. Сначала в специализированных медицинских изданиях, а затем в СМИ для широкого круга были оглашены данные о том, что «тамоксифен» наоборот способствует образованию рака груди. В следующем году увидело свет еще одно официальное заключение, показывающее, что тамоксифен также в 2-7 раз увеличивает вероятность развития рака матки. Впоследствии было установлено, что употребление препарата ведет к сексуальным расстройствам, катаракте, остеопорозу, гиперкальциемии. 

К началу 2000-х годов громогласно начинавшаяся "международная программа по предупреждению развития рака" была окончательно свернута, «тамоксифен» где тихо, где со скандалом с рынка начали убирать. Всего в этом бесчеловечном эксперименте было задействовано 100 000 женщин по всему миру.

Если всё вышеописанное можно списать на недогляд фармацевтов или их врачебную ошибку, то на фоне провала мирового шествия «тамоксифена» трудно объяснить ошибкой его появление в продаже 2002 году в России. Тогда выпуск «такмоксифена» наладила фирма Брынцалова "Ферейн Фао". На следующий год он появился сразу во всех справочниках, в "Реестре лекарственных средств России", поставляемый как «новадекс» из Великобритании, «тамоксифен гармос» из США, «тамоксифен-эбеве» из Австрии. Еще через год препарат преподносится уже "как один из основных современных антиэстрогенов" и включен в "Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств" Распоряжением Правительства РФ, его массово начинают производить отечественные фармацевтические предприятия ЗАО "Скопинфарм", ООО "Серл Фарма" и другие.

Тенденция распространения в России препаратов, скомпрометировавших себя на Западе после падения «железного занавеса» приняла лавинообразный характер. Особенный темп этому придала ликвидация советской системы Областных Контрольно-Аналитических Лабораторий. Масштаб бедствия заставил экс-главу Росздравнадзора Николая Юргеля ввести в оборот термин «фармацевтическая преступность», не без влияния которой, видимо следом было ликвидировано подконтрольное ему ведомство
.


В 2000 годах из предложений российских производителей исчез «фенилин», выпускаемый Таллиннским ХФЗ. Вступая в Евросоюз, эстонцам пришлось привести фармакологическое производство в соответствие с нормами ЕС, где производство «финилина» запрещено, так как препарат способствует воспалению поджелудочной железы и возникновению агранулоцитоза, токсическому поражению костного мозга и резкому уменьшению или полному исчезновению белых кровяных телец в крови. Это своего рода "лейкоз наоборот", который почти не поддаётся лечению. 


Таким же побочным эффектом обладают отечественные таблетки «амидопирин» и «бутадион» и их "двойники" - растворы для инъекций «пирабутол» и «реопирин». В Европе «амидопирин» в виде всех своих воплощений таких как «пираминал», «диафеин», «анальфен» запретили еще 30 лет назад после того как опыты над животными доказали канцерогенный эффект препарата. Также к сокращению белых кровяных сердец ведет употребление известного в нашей стране «левомицетина». 

В 60-х на Западе его выпуском под названием «хлорамфеникол» занималась компания «Parke-Davis&Company». Вскоре в медицинской литературе появились публикации, что «хлорамфеникол» ответственен за сокращение белых кровяных клеток. Глава Медицинского Бюро FDA Джозеф Ф. Садаск не только не отозвал препарат с рынка, но и, используя своё служебное положение, препятствовал размещению предупредительного ярлыка на вкладыше в препарат. В 1969 году, когда продажа препарата принесла существенную прибыль, он был заменён более новым продуктом. А Джозеф Ф. Садаск оставил FDA, чтобы занять пост вице-президента «Parke-Davis&Company».


Из торгового оборота США были изъяты контрацептивы на основе «этирилэстрадиола» - ригевон и бисекурин, так как их употребление способно вызывать диабет, рак груди, атрофию матки и аномальное развитие тканей. В нашей стране применение этому препарату нашли за рамками контрацептивного, и его рекомендуют к использованию против дименореи, дисфункции яичников, аменореи, для устранения сердечно-сосудистых расстройств у женщин, при лечении рака предстательной железы у мужчин. Снотворный препарат «метаквалон» был изъят продажи в США еще в начале 70-х, после того как от его действия 366 человек заснули навсегда, и снова появился в реестрах уже российских лекарственных препаратов как «дормиген», «дорматил», «ортонал, «молотон» и еще в виде 36 реинкарнаций в 2000 году. 


Но, если все-таки вернуться к гормональным препаратам: еще одним вектором скандалов с препаратами является следствие интереса фармакологии к деторождению - тератогенный, в дословном переводе «рождающий чудовищ» эффект ряда медикаментов. Помимо синтетических гормональных препаратов, к аномалии развития органов новорождённых ведет употребление матерью противоэпилептических и седативных лекарств на основе вальпроата натрия. Употребление «дротаверина гидрохлорида» (под этим изначальным названием отечественная фармакология до сих пор выпускает «но-шпу») оказывает влияние на развитие речевого центра у ребенка и часто является причиной проблем в родах, что не мешает детищу венгерской фирмы «Gedeon Richter» иметь только в России оборот в 30 000 000 долларов. К стати за пределами соц.лагеря ей никогда и не пользовались.

Это бессмысленное уничтожение человеческого потенциала начинается с самого раннего периода жизни, иногда еще до рождения».
Эндрю Четли «Проблемные лекарства»

В первый же год своего использования препарат Hoffman-La Roche – изотретиноин, выпущенный в 1982 году вызвал семь произвольных абортов и пять претендентов врождённых дефектов. К 1991 г. в США уже был зарегистрирован 91 случай серьезных врожденных дефектов. Это был не первый случай для известной компании. Малярия ежегодно поражает от 300 до 500 млн. человек и 90% из них приходится на Африку. До определённого момента от малярии употребляли естественный алкалоид хинин в чистом виде почти одолев недуг к 70-м годам прошлого века. В это время на смену колонистам в Африку подтянулись нео-колонисты. Как только по причине бесполезности и опасности для здоровья из продажи был изъят хлоралгидрат аммиака – «флавоин», так как огромное количество туристов, принимавших препарат для профилактики перед поездками в тропические страны, все равно заболевали малярией, помимо этого получая сокращение или исчезновение белых кровяных телец и поражение печени, на рынки были выведены новые препараты – результаты экспериментов добавок к хинину – «лариам» (мефлохин). 


Опробованный исключительно на обезьянах, помимо нарушения слуха и зрения, головокружений, депрессии и галлюцинаций новый препарат Hoffmann-La Roche вызывал врожденные уродства. Сразу 450 англичан подготовили иски франко-швейцарскому концерну. Будучи ограниченным к применению Международным офисом по контролю качества медикаментов «лариам» можно встретить только в одном единственном документе последних лет - Распоряжении Правительства РФ от 21 октября 2004 года за номером 1344-р. Этим Распоряжением был утвержден "Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств", в число которых был включен мефлохин, которым "должны быть стопроцентно обеспечены все государственные аптеки, больницы и станции "Скорой помощи".

Но справедливости ради, надо заметить, что фармакология калечит западных потребителей с неменьшим энтузиазмом. Талидомид, который в настоящее время применяют для лечения некоторых случаев рака, предложила на рынок в 50-х годах прошлого столетия фармацевтическая компания Chemie Grünenthal как новый снотворный препарат. Как снотворное препарат стали продавать, чтобы извлечь какую-нибудь прибыль из побочного продукта от эксперимента по попытке выделить антибиотики из пептидов. Поступив на рынок Германии в октябре 1957 года под названием «контерган», он стал самым продаваемым седативным средством в Германии.

Кроме того, он поступил на рынок 46 государств под разными названиями, например: Asmaval — против астмы, Tensival — против повышенного кровяного давления, Valgraine — против мигрени. Препарат не попал только на рынок Турции, благодаря вирусологу университета в Анкаре, профессору С.Т.Айгюн, обнаружившему на эмбрионах кур опасность, которую препарат представляет для человека. Трагедия началась в декабре 1956 года, когда в городе Столберг, в семье сотрудника Chemie Grünenthal родилась дочь без ушей. Этот сотрудник давал своей беременной жене ещё не выпущенный официально талидомид, который он взял на работе. Никто не заметил никакой связи и в 1958 г. лаборатория, производившая препарат, обратилась с письмом к 40 тыс. немецких врачей, в котором отмечалось, что «талидомид — лучшее лекарство для беременных и кормящих матерей». В 1961 году, в то время как талидомид завоевал 40% немецкого рынка, немецкий врач-педиатр Ганс-Рудольф Вайдеманн охарактеризовал возросшее число врождённых физических дефектов как эпидемию. И, несмотря на то, что в то время лаборатория Chemie-Grünenthal уже получила 1,6 тыс. сообщений относительно отрицательного воздействия на организм талидомида "Тайм" писал: "этот транквилизатор вошел в разряд настолько безвредных, что была разрешена его свободная реализация без всяких рецептов на территории всей Западной Германии". Как было установлено, в результате применения талидомида, порядка 40 000 человек получили периферический неврит. По различным оценкам, в период с 1956 по 1962 годы, в ряде стран мира родилось от 8000 до 12 000 детей с врождёнными укороченными конечностями, у некоторых из них вообще отсутствовали конечности, было одно легкое, деформированы глаза и уши. Около 40 % новорожденных, подвергшихся воздействию препарата на стадии развития плода, умерли до своего первого дня рождения.

Если вы думаете, что после этого были приняты законодательные меры, ужесточены системы проверок новых препаратов, то это не так, и сегодня в Германии только 20% экспортируемых лекарств проверяются на безопасность и эффективность, а в США из 241 наименования проверенных препаратов две трети не имеют маркировочной информации, необходимой врачу. До вступления в ЕС во Франции вообще отсутствовал какой-либо орган, напрямую контролирующий работу экспериментатора, который проверял бы его отчеты и сравнивал соответствие данных, полученных в эксперименте, данным, медицинских карточек исследуемых пациентов. Единственным последствием случая с талидомидом стало принятие поправки Кевафера-Харриса от 10 октября 1962 к Закону о Чистой Еде и Лекарствах по которой FDA имела право запретить любой препарат, который сочтет неэффективным. Проблема заключается в том, что согласно исследованию, проведенному USA TODAY половина экспертов, нанятых для того, чтобы убедить государство в безопасности и эффективности медикаментов, имели финансовые связи с фармацевтическими компаниями, что прямо влияло на их заключения. В их сообщении утверждалось:

Эти эксперты нанимаются для того, чтобы посоветовать FDA какие медикаменты должны быть опробованы для дальнейшей продажи, что должны предоставить заинтересованные фирмы и какие исследования препаратов должны быть произведены. Предполагается, что эти эксперты должны быть независимыми, однако Usa Today обнаружила, что в 54% случаев эти эксперты имели прямой финансовый интерес в одобрении того или иного препарата или в рассмотрении того или иного вопроса. Эти конфликтные случаи включают в себя помощь фармацевтическим компаниям в разработке препарата, а вовсе не помощь комитетам FDA, призванным произвести свой суд над препаратом. Как правило, конфликтные случаи связаны с получением грантов, гонораров за консультации.”
Дж. Эдвард Гриффин
«Мир без рака — история витамина В17

К тому же, если бы подобный орган был независимым, некоторые претенденты «научной деятельности» подведомственных компаний повергли бы его представителей в настоящий шок. Так, в 1996 году знаменитый изобретатель «виагры» «Pfizer» отправила команду врачей в Нигерию, где в то время была зафиксирована вспышка менингита. Вместо лечения «врачи» отобрали сотню детей, которых использовали в качестве подопытных животных для испытания препарата «Trovan», который должен был стать «золотой жилой» для компании, но так и не получил одобрения Евросоюза и США. С этим тестированием связано множество вопросов финансового и этического толка. 


Из общего числа детей, получавших экспериментальный «Trovan», 11 человек умерли. Остальные получили тяжелые побочные эффекты в виде дисфункции органов и головного мозга. Прием препаратов осуществлялся без согласования с родителями детей, которые вообще не знали, чем «лечат» их чад в «гуманитарной миссии». В 1976 г. Novartis (в то время еще Ciba Geigy) для испытания своего продукта использовала 6 египетских подростков. Этот препарат был изъят из швейцарского рынка в 1976 г., после того как лабораторные испытания подтвердили, что он способствует образованию опухолей, от 10 до 15 млн. жителей Египта оказались жертвами этого препарата. 

Надо отдать должное глобализаторам, из чудовищной практики экспериментов на детях не делаются исключения и для собственных соотечественников. Благодаря американскому юристу и писателю Жеральдо Ривера общим достоянием стала информация о государственной школе Уиллоубрук для детей с задержкой в развитии, которую сенатор Роберт Кеннеди впоследствии назвал «ямой со змеями». Выяснилось, что детей в ней умышленно заражали вирусом гепатита, чтобы изучать его последствия.

С экспериментами на детях также связано имя еще одного фармгиганта-вакцинатора «GlaxoSmithKline». В 2005 году, вследствие установления связи влияния вакцины GSK Priorix на развитие детей возбуждено уголовное дело, вскрывшее тестирования вакцин на подростках без согласия родителей в Волгограде. На взятки педиатрам ушло 2,2 млн. рублей. Это, по заявлению аналитика компании, стандартная практика, широко применяющаяся фармкомпаниями по всему миру. Он сделал его, когда итальянской налоговой полицией были направлены прокурору Вероны 10 тысяч листов доказательств о том, что GlaxoSmithKline с 1999 по 2002 г. израсходовала 288 миллионов евро на подкуп врачей.


Очередной скандал потряс Pfizer, связанный с препаратами «Целебрекс» и «Бекстра», на которые только в 2004 году было выписано 36 миллионов рецептов. Помимо того, что компания обвиняется в даче взяток представителям органов здравоохранения, в обмен на выписывание рецептов антивоспалительного «Бекстра», еще и оказалось, что побочным эффектом при его длительном приеме является поражение сердечно-сосудистой системы. «… Мы считаем, что компания-производитель утаила информацию от комиссии» - заметил её член - доктор Сид Вульф.

Источник.

Продолжение следует... 

Комментариев нет:

Отправить комментарий